Размер:
AAA
Цвет: CCC
Изображения Вкл.Выкл.
Обычная версия сайта
Поиск

«Земля – наша главная ценность…»

«Земля – наша главная ценность…»

75 лет Победы… Временные рамки весьма условны. Нет и не может быть срока давности у подвига поколения победителей и памяти благодарных потомков. Патриотизм, самоотверженность и мужество защитников Родины определили исход Великой Отечественной войны. Это подтверждает и боевой путь Михаила Алексеевича Васильева.

Мечта детства

«Первым делом – самолеты…» – эти строки из песни для Михаила Алексеевича словно мостик в юность. С малых лет он грезил самолетами, с тех пор, как однажды увидел… Это было зимой. На окраине села Степановка Шенталинского района приземлился самолет! Сельскому мальчишке тогда шел 11-й год. Сегодня ему 98, но то событие помнит в деталях.

– Такие самолеты Р-6 назывались. Я потом из статьи узнал, как работали, какую конструкцию имели. Они были на водяном охлаждении, у того, который садился в нашем селе, вместо шасси были лыжи. Помню, вся Степановка сбежалась посмотреть на этого «антихриста». Они дивились, а я влюблялся. Небо стало моей мечтой. У меня друг был, Минька Дергачев, тезка мой. Вместе учились. Я ему говорю: «Вот бы пойти в летчики. Самолеты!.. Чудятся они теперь мне везде». А у него была своя мечта – хотел моряком стать, – вспоминает ветеран.

Из двоих Михаилов мечта сбылась только у одного. Когда началась война, обоих в первый же год призвали на фронт. Васильев, как и хотел, попал в авиацию. Его друг – в танковые войска. Даже воевать им пришлось на одном фронте – на Курской дуге под Прохоровкой. Только свидеться не довелось. Успели весточками обменяться: в одном из боев подбили танк Дергачева. Весь экипаж сгорел…

В самотканом и лаптях

С доброй улыбкой вспоминает свое детство Михаил Алексеевич, хотя и было оно холодное и голодное. В их семье было девять детей. Он второй, перед ним сестра, рожденная в год революции. Отец, Алексей Никифорович, воевал в гражданскую, был ранен. Но это не помогло ему при коллективизации. В подворье из трех лошадей, двух коров, овец и кур оставили только одну корову и трех овец. Только потому, что в семье на тот момент было пятеро детей.

– В 1929 году я пошел в 1-й класс, – вспоминает Михаил Алексеевич. – Раз со школы прихожу, мать плачет – сколько живности угнали. Отец успокаивает ее: «У всех же забирают. Ладно уж, такая жизнь теперь пойдет». Потом деда Василия (Кудряшова) по материнской линии раскулачили. Он пасеку держал. Всегда меня брал с собой. Учил всем премудростям пчеловодства. Я продолжил его дело: 53 года держал пчел.

Васильев с первого класса был отличником. В родной Степановке окончил начальную школу, в пятый пошел в соседнюю деревню Черный Ключ Клявлинского района – за шесть километров. Через год школу преобразовали в национальную, преподавать стали на чувашском языке. В шестой и седьмой классы пришлось идти за 20 километров, в село Новый Кувак Шенталинского района. В десятилетку уже не пошел... Так и пришлось распрощаться с детской мечтой о самолетах.

– Нам учиться было не на что. Все жили впроголодь. На хлеб денег не хватало, не то что на книжки. Бумага – дефицит, тетрадок не было. Газетку найдешь где-нибудь, сложишь аккуратно, чтобы потом на ней писать. Были грифельные доски, чтобы писать мелом, его тоже не найти. На речке собирали обмытые водой камешки. Ими писали. В старшие классы нужно было за 30 километров идти. Босиком! У нас не было ни одежды, ни обуви. А там еще за квартиру плати, – вспоминает ветеран.

Колхозные будни

В колхозе поначалу поставили разнорабочим: лошадь запрячь или сено скирдовать – сельская детвора умела с малолетства. А Мишка Васильев уже после шестого класса все лето проработал на конном дворе наравне со взрослыми. Тогда еще главной тягловой силой была лошадь, это позже появились тракторы. В Степановку первый СТЗ пригнали в 1933 году.

– Все село собралось посмотреть. А мы, детвора, следом бежали. Как раз по нашей улице проехал. Услышали мы, все туда гурьбой – и старые, и малые, – рассказывает Михаил Алексеевич.

В конце 30-х годов Васильев возглавил комсомольскую организацию в Степановке. Под его началом было 14 молодых ребят. Все трудились на славу. 22 июня 1941 года их как передовиков делегировали на большую районную ярмарку по случаю окончания посевной.

– Это было воскресенье. От нашего колхоза на праздник в Шенталу поехали на 10 лошадях. А там по радио объявляют – война... 25 июня уже повестки на фронт раздали. Первыми были муж моей старшей сестры, его друг и еще один со станции Шелашниково. Через три дня забрали еще троих. И так всех мужиков. А следом уже стали похоронки приходить. За какой-то месяц в нашем селе из мужиков остались только мы, комсомольцы. Семеро из нас решили идти на фронт добровольцами. Военком выслушал нас внимательно и с руганью выгнал: «Хлеб надо убирать. А вы! Придет время, заберем и вас!» На лобо­грейках убирали рожь. В тот год она уродилась как никогда, по пояс стояла. Работали мы в две смены: с восьми до восьми. Техника не простаивала, – рассказывает Михаил Алексеевич.

Только успели комсомольцы урожай убрать… 5 августа он получил повестку. А восьмого уже был в Ульяновске на сборном пункте.

10 месяцев на подготовку

Тот августовский день на сборном пункте Ульяновска Михаил Алексеевич считает одним из счастливых в своей жизни. Среди прибывшей молодежи объявили набор в авиационное училище. В летное Васильев не попал: не было десятилетнего образования. Зато в авиационно-техническое, где готовили механиков самолетов, взяли. Так он оказался в Вольском училище.

– Я попал в группу, которая изучала легкие самолеты. И-16 (истребитель шестнадцатый), или, как их называли, «Ишак», «Ишачок»: он «мордой» смахивал на осла. Это был один из первых в мире серийных истребителей, в полете убирались шасси. На таком наш Валерий Чкалов летал, – вспоминает ветеран. – В мирное время учебная программа училища рассчитана на два года, а мы ее за 10 месяцев прошли. По 12 часов учились. Кормили очень плохо: несоленые овсянка и перловка. Хлеба не давали. Некоторые даже в обморок падали. Одни сбегали, другие, не окончив, просились на фронт. Я все же выдержал: мне самолеты нравились, хотелось все о них узнать. Даже с отличием окончил.

Васильеву присвоили звание старшего сержанта. Потом была переподготовка на современном «Ил» в Куйбышеве, а на запасном аэродроме в Кинель-Черкассах успешно прошел прак­тическое испытание: самостоятельно подготовил самолет к вылету. Оттуда в числе остальных выпускников перекинули в Пензенскую область. Получили новые самолеты, и началась фронтовая жизнь.

«От Курска и Орла…»

В Пензенской области аэродром располагался близ села Каменка. Оттуда летчики летали на Воронежский фронт. Уже с первого задания два самолета не вернулись.

– Делали ложные аэродромы. Один такой был между Курском и Воронежем. В тех окрестностях наблюдалась магнитная аномалия: когда пролетали это поле, стрелка компаса крутилась как бешеная. Там раньше руду добывали. Наши летчики об этом знали. На ложный аэродром стали завлекать немцев. Над этим полем они теряли ориентир и с белым флагом садились. Сколько посбивали самолетов! – вспоминает ветеран.

О своих обязанностях авиационный механик Михаил Васильев помнит до сих пор: своевременно выполнять ремонтные работы двигательных установок, приборного оборудования самолета, кислородного оборудования и средств жизнеобеспечения экипажа. Его самолет летал без аварий и ни разу не был сбит. Узнавал по звуку: мотор работал чисто, ровно, даже нежно. В наградном листе говорится, что «своей кропотливой работой, хорошим знанием эксплуатации, ухода и сбережения материальной части Васильев добился полной выработки моторесурса».

– Я был механиком, и моя главная задача – содержать самолет в исправном состоянии. Головой отвечал за него. А самое главное – за людей: летчика и стрелка. Ведь они не по земле едут, а по воздуху летят. Летчики были молоденькими ребятками, со школьной скамьи. Многие не понимали, как все работает. Знали только, как подняться, как сесть, на какие кнопки нажать в воздухе. С моим летчиком Димкой Гуровым были ровесниками. Я ему рассказал, как все в кабине устроено, что нужно делать, чтобы топлива хватало на обратный путь. Сколько летчиков вынуждены были садиться на вражеской территории из-за того, что горючего не хватало. А у нас даже в запасе оставалось.

Самые тяжелые воспоминания ветерана связаны с Курской дугой:

– Станция Прохоровка. Там, наверное, до сих пор земля горит. Что там происходило! Случалось самолет готовить к вылету по два и по три раза в день: то разведка донесет, что на станции разгружается вражеская техника, то другая информация – туда же прибывает наливная станция. Через 10 километров от нас стоял женский полк, наши знаменитые «ночные ведьмы». Мы видели, когда их У-2 поднимались в небо: у них голубой огонек вылетал из выхлопной трубы. Смотрим – полетели. Куда они прилетают, сразу видны всполохи огня. Пожар. Откуда зенитки стреляют – видно. «Катюши» наготове – как дадут залп! Девчонки разоблачали немцев, находили их места. Но им тоже доставалось: их самолеты были очень уязвимы.

Победный май Михаил Васильев встретил на Ленинградском фронте. Оттуда самолеты из их эскадрильи летали на Кенигсберг. Одним из первых он узнал об окончании войны.

– 5 мая уже все было известно, – говорит он. – Мой летчик оставил шлемофон в самолете. Утром, пока регламентные работы проводил, включил и слышу: немцу-то все – капут. Рейхстаг взят. Я одному говорю, второму – никто не верит. Потом уже подтвердило командование. Все начали стрелять из всех видов оружия. Что творилось 9 мая! Кто плачет, кто поет. А 10 мая нас оттуда обратно в Воронежскую область отправили.

Демобилизовался только через два года, когда прибыло пополнение. К тому времени на гимнастерке поблескивали две медали – «За боевые заслуги» и «За отвагу».

Мирное время

15 мая 1947 года для Михаила Алексеевича началась мирная жизнь. Для семьи его возвращение стало спасением. Отец и младший брат погибли на фронте. Мать, Лукерья Васильевна, с тремя младшими детьми с трудом сводила концы с концами.

– Весна – а им нечем было сажать огород. Собирали картофельные очистки для посадки. У меня был сухпаек, выменяли на картошку. Так огород посадили, – вспоминает ветеран сквозь слезы. – Рассказывать даже тяжело. Хотел устроиться на работу на аэродром в Смышляевке. Там предложили полететь в командировку в Узбекистан обрабатывать хлопковые поля. А как оставишь домашних – не выжили бы: мать больная, дети еще маленькие. Вернулся, мать уже плачет. И мне тошно. Успокоился и пошел в МТС.

Фронтовику достался старый, весь разбитый комбайн:

– Во время войны на технике работали женщины. Они следили что ли? Хорошо еще, что научились водить и убирали урожай. Сколько слез они пролили у своих стальных коней. Не по силам были они. Мой комбайн на станции последним остался. Все остальные разобрали. Отремонтировал и сразу в поле. Всех обогнал. В передовики вышел. Почти пять лет работал комбайнером.

Супруга Михаила Алексеевича тоже трактористка. Ей было всего 12 лет, когда отправили учиться на годичные курсы. А весной 1943 года она уже вышла на боронование. Сегодня Анне Федоровне 92 года: все тяготы тех лет теперь отзываются недугом. Супруги живут вместе 72 года, воспитали сына и дочь. Сейчас у них трое внуков и четверо правнуков.

Общий трудовой стаж Михаила Алексеевича – 47 лет. 37 из них он проработал на одном обходе лесного хозяйства Исаклинского района. Это 1 000 гектаров леса. Причем 300 гектаров посадил сам. Сейчас этим соснам по 60 лет.

– Охота знать, как дальше жизнь будет складываться. На моем веку столько всего произошло, и так быстро это было, даже глазом не успел моргнуть. Ведь какая техника стала! В космос даже поднялись, – говорит ветеран. – Но земля по-прежнему – наша главная ценность. Ее надо сберечь. Для детей.

 

Татьяна ДАВЫДОВА

Фото: Евгений ЛИТВИНОВ

Рубрика:  К 75-летию Победы. Номер:  № 5 (259). Год:  2020.

Свежий номер «Агро-Информ»

«Агро-Информ», апрель 2021

«Агро-Информ», апрель 2021
Скачать pdf